Я специалист, который помогает избавиться от страха выступлений на совещаниях, сцене и перед начальником. И практически у всех моих клиенток одна и та же причина возникновения этого страха. Какая? Она указана в заглавии.
Моим клиенткам по 40-47 лет. То есть они родились в 75-82-х годах, а в 80-х ходили в школу и детский сад. Что же там происходило? Вот три истории моих клиенток.
Моим клиенткам по 40-47 лет. То есть они родились в 75-82-х годах, а в 80-х ходили в школу и детский сад. Что же там происходило? Вот три истории моих клиенток.
История 1. Неадекватная воспитательница
Моей героине 5-6 лет. Это долговязая улыбчивая девочка, которая по какой-то невиданной причине совершенно не нравится воспитательнице в детском садике.
Может потому что она “слишком”?
Слишком улыбчивая, слишком долговязая, слишком общительная.
Воспитательница частенько критиковала девочку.
А она, мелкая поганка, ещё и не хотела спать в сон. час.
Может потому что она “слишком”?
Слишком улыбчивая, слишком долговязая, слишком общительная.
Воспитательница частенько критиковала девочку.
А она, мелкая поганка, ещё и не хотела спать в сон. час.
“В тот сон после обеда, воспитательница то входила, то выходила.
Я не спала, но и не бесилась. Это делали другие. Когда дети слышали приближающиеся шаги, то прыгали обратно в кровати и закрывали глаза. В один из таких раз воспитательница увидела, что я не сплю и похоже решила, что шумела я.
Но это была не я. Я просто не спала.
Она подошла, схватила меня за руку и начала тянуть.
В этот момент я знала, что может произойти дальше: в наказание она выведет меня в соседнюю группу стоять в трусах на стуле посередине зала. [Интересно откуда ребенок это знал? А потому что так уже поступали с другими детьми.]
Поэтому от ужаса в ту же секунду я вцепилась другой рукой в перекладину кровати. Я боялась, что не выдержу, что руки расцепятся, я проиграю и опозорюсь перед всеми, стоя в трусах на стуле.
Она тянула долго. А мне все время было дико страшно, ведь меня тащит взрослый человек.
А я беззащитна. И все молчат. Никто не заступается!
Все знают, что это не я хулиганила. Я ей не нравилась. Она меня выбрала как жертву. Несправедливо! Внутри все кипело от обиды, боли и нежелания быть опозоренной…”
Этот эпизод мог бы остаться веселой разовой историей. Ведь в итоге девочка выдержала, и воспитательница её отпустила. Но взрослая женщина отчего-то продолжала цепляться к ребенку.
“Моя мама была модной женщиной. И откуда-то из-за границы привезла мне яркие красивые по тем временам маечку и шорты. Она нарядила меня в них на экскурсию, мы куда-то ходили всей группой. А я высокая, и шорты мне были немного коротковаты. Не критично, это оставалось приличным.
И я помню, как мы стоим строем, и эта воспитательница обращает внимание на мою одежду и начинает громко перед всеми стыдить. Мол, какая она неприличная, как я вообще в такой хожу, и как мне не стыдно.
Я помню, как у меня горели щеки, жар растекался по лицу.
Это не было разовое замечание, это была тирада про то, какой я плохой ребенок, раз так выгляжу.
Я хотела уменьшиться. Но я высокая, выделяюсь, поэтому я стала сгибать плечи, горбиться, пыталась спрятаться за других детей, хотела чтобы это всё закончилось. Внутри горело напряжение (так сейчас бывает на сцене).
А воспитательница продолжала говорить. Мне было стыдно, грустно и очень страшно, что сейчас все дети под её голос развернутся, будут показывать на меня пальцем и хихикать".
История 2. Профнепригодная учительница
Другой моей клиентке было 8-9 лет, она училась в третьем классе. Отличница, примерная организованная девочка.
В тот день на уроке они писали словарный диктант на слова “лес” и “лиса”. Что-то вроде “Лиса бежала, лес шумел”. Девочке сложно давались “е” и “и”, и в этот раз она опять написала неправильно.
На перемене после урока её вызывает учительница: “Ты опять на одном и том же месте сделала ошибку!”.
И дает. Ребенку. Пощечину.
Звенит звонок. Класс собирается. Учительница выставляет девочку перед детьми.
В тот день на уроке они писали словарный диктант на слова “лес” и “лиса”. Что-то вроде “Лиса бежала, лес шумел”. Девочке сложно давались “е” и “и”, и в этот раз она опять написала неправильно.
На перемене после урока её вызывает учительница: “Ты опять на одном и том же месте сделала ошибку!”.
И дает. Ребенку. Пощечину.
Звенит звонок. Класс собирается. Учительница выставляет девочку перед детьми.
“Все говорят, что дети жестокие, но это неправда. В тот момент я видела сочувствие в их глазах.
Я не понимала почему меня ударили. Я была в оцепенении, мне было обидно, я заплакала. Но я заплакала не от самой пощечины, а от того, что меня выставили перед моими друзьями, товарищами.
И мне было даже больше дискомфортно от того, что им дискомфортно. От того, что я видела жалость в их глазах. Они не разделяли в тот момент, на сколько я могу судить, позицию учителя.
И при этом я лучше всех всегда читала стихи в школе. Мне это безумно нравилось, я могла спокойно выйти перед классом! Но после той ситуации меня уже когда вызывали в старшей школе к доске, у меня периодически появлялась тряска.
Если я НЕ знала материал, то выходила к доске +\- спокойнее, чем когда знала. Учителя старшей школы даже спрашивали “Чего ты трясешься как банный лист, ты же всё знаешь!?”.”
История 3. И ещё одна учительница
В этой истории учительница не стала причиной зарождения страха выступлений, она стала последней каплей.
Девочка начала заикаться дошкольном возрасте примерно в 5-6 лет. Заикание то само приходило, то само уходило.
Но ни сама девочка, ни ее родители не знали, что с ней. Логопеды говорили, что все в порядке. Врачи вроде тоже. А бабки говорили, что само пройдёт.
На самом же деле это была невротическая форма заикания, то есть та, которая появляется на фоне страха, травмы или стресса. Чем больше ребенок волновался, тем больше заикался.
Девочка начала заикаться дошкольном возрасте примерно в 5-6 лет. Заикание то само приходило, то само уходило.
Но ни сама девочка, ни ее родители не знали, что с ней. Логопеды говорили, что все в порядке. Врачи вроде тоже. А бабки говорили, что само пройдёт.
На самом же деле это была невротическая форма заикания, то есть та, которая появляется на фоне страха, травмы или стресса. Чем больше ребенок волновался, тем больше заикался.
“В школе я уже общалась нормально, заикания не было, но у меня было стеснение выходить к доске. И где-то в 6-ом классе в 12 лет у меня опять появилось это заикание-торможение, мне сложно было произнести первую букву в словах. То есть, когда учитель просил что-то читать доски, я не могла сказать первую букву, а если получалось, то дальше я сильно тараторила.
При этом я спокойно читала с книги. Внешне я наверное выглядела нормально, когда читала, но у меня внутри была дикая тревога…
И вот была у меня любимая учительница... в кавычках любимая.
Я к ней специально подошла и объяснила, что мне сложно читать с доски. Я сказала, что не знаю, почему мне сложно, почему у меня не получается произнести первую букву.
И вот эта учительница, видать, мне не поверила, мол, я ее обманываю и решила клин клином вышибать… И почти !каждый урок! заставляла меня читать с доски.
“Юля, читай!..” — на этих словах всё внутри сжималось и тревога пробивала меня насквозь ледяным душем. Для меня было адом посещение её уроков! Это было худшее время в моей жизни с точки зрения выступлений!..”
За руку волочь ребенка в трусах стоять на стуле перед всеми.
Стыдить ребенка за одежду, в которой его привели родители.
Пощечина ребенку от учителя. Выставить зареванную перед классом.
Заставлять ребенка читать с доски каждый урок, когда знаешь, что она заикается.
Я не могу понять, почему так. Людей в профильных вузах не учили, что нельзя бить чужих детей? Что нельзя применять физическое насилие? О психологии развития не знали в принципе?
Или за копейки соглашались работать только эмоционально нестабильные люди? Это вина системы или отдельно взятых людей?
Школа и детсад 85-90-х годов. Чем жили люди в то время, что такое поведение взрослых стало возможно? Может быть это ошибка выжившего, и до меня те, кому было ещё хуже в 90-х и 00-х, просто не доходят? Изменилось ли что-то сегодня?
Или в свои 30 лет я слишком наивна? Мол, будут у тебя дети, поймешь, что хороший подзатыльник для ребенка — лучший способ обучения? И лучше, если его даст учительница или воспитатель?
Стыдить ребенка за одежду, в которой его привели родители.
Пощечина ребенку от учителя. Выставить зареванную перед классом.
Заставлять ребенка читать с доски каждый урок, когда знаешь, что она заикается.
Я не могу понять, почему так. Людей в профильных вузах не учили, что нельзя бить чужих детей? Что нельзя применять физическое насилие? О психологии развития не знали в принципе?
Или за копейки соглашались работать только эмоционально нестабильные люди? Это вина системы или отдельно взятых людей?
Школа и детсад 85-90-х годов. Чем жили люди в то время, что такое поведение взрослых стало возможно? Может быть это ошибка выжившего, и до меня те, кому было ещё хуже в 90-х и 00-х, просто не доходят? Изменилось ли что-то сегодня?
Или в свои 30 лет я слишком наивна? Мол, будут у тебя дети, поймешь, что хороший подзатыльник для ребенка — лучший способ обучения? И лучше, если его даст учительница или воспитатель?
-
И самое мерзкое, знайте, что такие истории — цветочки по сравнению с тем, что я ещё слышу на сессиях, где каждой пятой девочке в возрасте от 5 до 12 лет в то время приходилось с ужасом убегать от взрослого дяди на улице (если я тут буду называть вещи своими именами меня перестанет индексировать Яндекс. Но вы все правильно поняли).
Я даже не хочу раскрывать здесь тот ужасный кошмар, который приходилось переживать этим малышкам, но я искренне ненавижу, НЕНАВИЖУ сам факт того, что насилие психологическое и эмоциональное над детьми в принципе возможно. Что в мире существуют такие люди!
Что родители не защищали своих детей! Не учили детей защищать, отстаивать себя!
И самое отвратное, если дети со своей открытой душой рассказывали взрослым о том, что произошло, они… не верят!
“Да она выдумывает!”, “Тебе показалось", "Перестань притворяться!”, “Ну, не изнасиловал же!...” и ещё топ великих цитат родителей 80-х.
Я хочу, очень хочу найти первопричину, ошибку, из-за которой это стало возможным во внешней системе. Но не могу. Мне не хватает знаний, контекста и, откровенно говоря, мозгов, чтобы без данных допереть до истинных причин.
Мне не хватает ресурсов и власти, чтобы это исправить. Это вне зоны моего контроля.
Всё что я контролирую, что я могу, это проводить консультации этим уже давно выросшим девушкам, возвращая им возможность защищать себя, уже взрослых, перед начальниками, коллегами, на совещаниях.
Возвращать им состояние "Я нормальная" на сцене.
Переобучать их мыслить по-другому. Перестраивать с тревожных, вечно пугающих рельс на ресурсные, адаптивные, прагматические.
Помогать отпускать прошлое, чтобы они никогда больше не проваливались в состояние “я маленькая, беспомощная и ущербная”.
Устремлять их взгляд в будущее и настоящее,
- где они могут спокойно общаться с миром, сиять на сцене, быть спокойными на совещаниях и перед начальниками. Расти в карьере;
- где они могут ощущать себя по настоящему, а не притворно “Я главная, я взрослая”,
- где наконец-то они могут защищать себя. Словами, юридически. Использовать подручный материал и, если нужно, как следует, бить по яйцам!
Потому что теперь они знают, что они не беспомощны и никогда не дадут себя или близких в обиду.
Я даже не хочу раскрывать здесь тот ужасный кошмар, который приходилось переживать этим малышкам, но я искренне ненавижу, НЕНАВИЖУ сам факт того, что насилие психологическое и эмоциональное над детьми в принципе возможно. Что в мире существуют такие люди!
Что родители не защищали своих детей! Не учили детей защищать, отстаивать себя!
И самое отвратное, если дети со своей открытой душой рассказывали взрослым о том, что произошло, они… не верят!
“Да она выдумывает!”, “Тебе показалось", "Перестань притворяться!”, “Ну, не изнасиловал же!...” и ещё топ великих цитат родителей 80-х.
Я хочу, очень хочу найти первопричину, ошибку, из-за которой это стало возможным во внешней системе. Но не могу. Мне не хватает знаний, контекста и, откровенно говоря, мозгов, чтобы без данных допереть до истинных причин.
Мне не хватает ресурсов и власти, чтобы это исправить. Это вне зоны моего контроля.
Всё что я контролирую, что я могу, это проводить консультации этим уже давно выросшим девушкам, возвращая им возможность защищать себя, уже взрослых, перед начальниками, коллегами, на совещаниях.
Возвращать им состояние "Я нормальная" на сцене.
Переобучать их мыслить по-другому. Перестраивать с тревожных, вечно пугающих рельс на ресурсные, адаптивные, прагматические.
Помогать отпускать прошлое, чтобы они никогда больше не проваливались в состояние “я маленькая, беспомощная и ущербная”.
Устремлять их взгляд в будущее и настоящее,
- где они могут спокойно общаться с миром, сиять на сцене, быть спокойными на совещаниях и перед начальниками. Расти в карьере;
- где они могут ощущать себя по настоящему, а не притворно “Я главная, я взрослая”,
- где наконец-то они могут защищать себя. Словами, юридически. Использовать подручный материал и, если нужно, как следует, бить по яйцам!
Потому что теперь они знают, что они не беспомощны и никогда не дадут себя или близких в обиду.
-
И если ты узнала себя и готова стать спокойной, лёгкой и уверенной на сцене, совещаниях и перед руководством, то сделай первый шаг —запишись на разбор.
Что такое разбор и зачем он тебе?
Это ~40 минут видеосозвона. На котором мы:
Это ~40 минут видеосозвона. На котором мы:
- познакомимся без обязательств и разберемся, что происходит. Почему из раза в раз тебя "перекрывает", хотя вообще не должно?
- выясним: проблема точно психологическая? Может, тебе нужна пара уроков ораторского мастерства и не нужны никакие психологи?
- ты получишь разбор твоей ситуации с человеком, которому абсолютно ясно, что с тобой происходит, кто специализируется именно на твоей проблеме.
- мы разложим твою большую пугающую проблему на маленькие, решаемые задачи. Ты поймешь, что проблема — это всего лишь набор конкретных шагов.
- ты получишь спокойствие и уверенность, что все решится. Ты перестанешь метаться и получишь ясный план.
- я дам четкий ответ: мой ли ты клиент, и подойдет ли тебе мой стиль работы. Ты же посмотришь на меня и решишь, твой ли я специалист.
- ты выдохнешь. Потому что теперь у тебя есть дорожная карта, и ты знаешь, как двигаться дальше.
Запишись на разбор прямо сейчас:
🔹Telegram — [кликай на ссылку и следуй инструкции]
🔹ВКонтакте — напиши мне сообщение "Хочу спокойно выступать!"
🔹Max — напиши мне сообщение "Хочу спокойно выступать!"
Стоимость разбора 2000 рублей [будет вычтена из стоимости работы].
🔹Telegram — [кликай на ссылку и следуй инструкции]
🔹ВКонтакте — напиши мне сообщение "Хочу спокойно выступать!"
🔹Max — напиши мне сообщение "Хочу спокойно выступать!"
Стоимость разбора 2000 рублей [будет вычтена из стоимости работы].
А если вдруг ты не знал или забыл, кто я такая, и почему вообще тебе надо хотеть попасть ко мне, то напоминаю.
Меня зовут Овчинникова Маргарита, я помогаю избавиться от страха сцены навсегда онлайн при помощи метода ДПДГ.
Меня зовут Овчинникова Маргарита, я помогаю избавиться от страха сцены навсегда онлайн при помощи метода ДПДГ.
- Да, я прямо говорю, что после работы со мной ты сможешь спокойно выступать перед людьми в любой обстановке.
- Уже после первой сессий ты почувствуешь изменения: ноги перестанут быть ватными, горло сжиматься, а руки дрожать.
- А после нашей работы сможешь спокойно выступить перед коллегами / начальником / подчиненными.
- 90% моих клиентов избавляются от страха навсегда за пять встреч.
- И если за пять встреч ты не получишь изменений, то я верну все деньги за работу. Это моя гарантия.
Сделай свой первый шаг к спокойным выступлениям — запишись на разбор.